При Сычугове в Великорецком построили земскую больницу, от которой сегодня осталось полуразрушенное здание.

Так ли ты лечил?
27 сентября 1841 года в Орловском уезде в семье священника родился мальчик Савватий. Родился, чтобы стать знаменитым «народным» врачом. Однако отец и дед Савватия уготовили мальчику другое будущее, устроив его в духовное училище (тогда для детей духовенства только оно открывало дорогу к образованию). Позже Савватий напишет об училище: «Сколько душ было там погублено! Право же, я до 9 лет был недурным мальчиком: ... до бурсы (Ред. - Училища) я был правдив, доверчив, добр, ласков, светло и радостно смотрел я на мир божий. В бурсе я стал скрытным, хитрым мальчиком себе на уме...».

После окончания духовной семинарии Сычугов попал под влияние ссыльных просветителей, добровольно покинул духовную касту и решил стать врачом. Задача стояла неимоверно тяжелая: за год надо было пройти семилетний курс гимназии и, кроме того, закончить семинарию, чтобы поступить в институт. Сычугов занимался по 15-17 часов в сутки, и окончил семинарию первым.
С 60 рублями, которые собрал отец, чтобы сын мог поехать в Москву, Савватий прибыл в огромный город. Сдал экзамены, начал учиться... и вскоре остался без средств к существованию (пожар уничтожил имение отца). Савватий работал грузичиком, продал все вещи, даже лишился жилья, но учебы не бросил. «Когда товарищи изнывали над лекциями, я обретался ради соискания куска хлеба, где-либо вдали от Москвы и приезжал в нее дней за 5 до начала экзаменов, - вспоминал он. - Здесь я пристраивался к какому-либо кружку студентов, слушал чтение ими лекций и выдерживал не хуже их экзамены, хотя в течение учебного года в университет не заглядывал». В 1861 году вспыхнули студенческие волнения и Сычугова по малопонятным причинам исключили из университета. Оказавшись в полной нищете и без занятия, Савватий ушел работать бурлаком и долго скитался.

Позже, в 1868 году, ему все-таки позволили окончить университет. Сычугов был назначен фельдшером в полк. О том времени он писал: «Я перед большинством болезней становлюсь в тупик и после головоломной работы вижу наконец, что они представляют не ту картину, которая изображена в книгах наших... От моего прежнего самомнения не осталось и следов. Я работал без устали, перебегал от книги к больному, а от больного опять к книге. Скоро мои солдатики начали отправляться в Елисейские поля и в достаточном количестве. Тогда дело дошло до того, что я готов был бросить свою профессию. Правда, вскрытия подтверждали мои диагнозы, а совесть все-таки нашептывала: да так ли ты лечил? И теперь еще мои покойники смотрят на меня точно живые».

Затравили...
В 1871 году Сычугов вернулся в село Великорецкое работать земским врачом. В это время в Вятке был большой общественный подъем и полиция часто наведывалась к Сычугову с обысками. Как раз во время очередного обыска Сычугов переживает смерть своего новорожденного ребенка.
В первый же год работы он начал медико-санитарное изучение северной половины Орловского уезда, после чего представил земскому собранию подробный доклад, обрисовав в красках картину медицинской беспомощности населения. Земцы решили срочно строить в Великорецком больницу. При ней построили здания аптеки, приемного покоя и флигель для врача.

Сычугов активно выступал на съездах врачей, вступил в Вятское медицинское общество, помогал крестьянам. В 1878 году Савватий просил земство отменить обязательное соблюдение постов для детей, предлагал вести в школах преподавание элементов гигиены и гимнастику, а для показа в школах сделал макет здорового крестьянского жилища. Но все эти предложения отклонили, а молодой врач нажил армию завистников и противников (в столичной печати он разоблачил несколько махинаций местных земцев). Дело дошло до того, что Сычугову не стали давать лошадей для разъездов по деревням, где постоянно возникали очаги сыпного тифа и других болезней.

Попросту говоря, Сычугова затравили. Он покинул Великорецкое, уехав на родину жены во Владимирскую губернию. Там его избрали заведующим делами санитарной комиссии. Но и здесь нашлись злопыхатели. В 1888 году земство отказало в средствах на врачебные съезды, на которых умело объединялись усилия врачей. В это же время у Сычугова умирает жена, от расстройства у врача вскрылся почечный нарыв. Он принимает решение вернуться на родину, в село Верховино, и заняться частной практикой.

«Хворый хворова смотрел»
В мае 1889 года Савватий Иванович купил дом и сделал в нем амбулаторию. Она состояла из двух комнат - ожидальной и аптеки. За первый же месяц у него побывало более 600 человек, а за год - 7240. Прием больных Сычугов проводил ежедневно, зимой и осенью до рассвета, весной и летом с 5-6 часов утра. Каждую неделю Сычугову приходилось лично готовить сотни, а иногда более тысячи порошков и за этой работой проводить скучнейшие вечера. Заработок его за год составлял 580 рублей, в то время как во Владимире он получал 2000 рублей. На такое жалование его приглашали в Вятку, в губернскую больницу, но он решил остаться народным врачом. В среднем плата за лечение составляла 7 копеек с человека. Большая часть больных предлагала Сычугову за помощь гораздо больше, но он не брал. При этом треть больных вообще пользовались помощью врача бесплатно.

На закате лет Савватий Иванович уже не мог вести продолжительного разговора, ходил по комнате не иначе, как держась за протянутые вдоль стен веревки, а писал, надевая на пальцы резиновое кольцо, чтобы перо держалось в руке. Но вставал с постели и шел навстречу больному. Принимал 4-5 человек, затем ложился в постель, выжидал пока спадет опухлость ног, и снова шел на работу. Крестьяне писали Сычугову письма: «Савватею Ивановичу. Рази мы не видим, как ты убиваешша об нас: при мне ты сам хворый смотрел хворова и ляпнулся на пол; хоша бы деньги брал, што дают. Тибе руп дают, а ты здачи...».
Сычугов умер 6 (19) февраля 1902 года. Единственный венок на его могиле имел надпись «Доброму крестьянскому врачу, другу народа».

Подготовила
Мария Петухова
petuhova.mv@gmail.com
По материалам Антона Касанова

http://bnkirov.ru/articles/2747